Нечаянная пленница

Действия происходят в Белоруссии. Наши дни.

Будильник прозвенел ровно в 6.00. Клара положила на него свою руку и ощутила мощный прилив нежелания просыпаться и выходить сегодня, куда бы то ни было. Какое-то странное ощущение, второй день, не давало ей покоя. Легкая дрожь, как предчувствие, упрямо прошла по телу и рассеялась с уходом сна. На работу нужно было во вторую смену, однако друзья позвали «проветриться» в кафе с утра. Их звонок раздался и встревожил ее скучные мысли. Им не терпелось обсудить запланированное мероприятие. - Клара, просыпайся, - кричала в динамик мобильного Оксана. – Иначе не успеем ничего, как обычно, обсудить. Подруга собиралась замуж.

Мощный всплеск горячего душа оживил мои чувства, и тело обрело некоторую уверенность. Обычный день, как и все здесь, обычное. Мне давно уже не хватало каких-то новых эмоций, похожих на счастье или чего-то особенного, от чего может встрепенуться сердце, открыться глаза по-настоящему, острых ощущений, похожих на сказку… «Спустись на землю, сходи в кино, в конце концов», ты не особенная, Клара! – сказала я себе и взяла полотенце. Впереди было мутное осознание того, что Оксана невеста, и совсем скоро сбудется ее мечта, как и любой девушке в возрасте чуть выше двадцати.

Клара

Я посмотрела на себя в запотевшее зеркало. Черные волосы застилают плечи, а глаза грустные. Мне всегда хотелось, чтобы кто-то сильный был рядом, наставлял, защищал, даже руководил мной... Этого чувства мне не хватало в Юре, с которым встречалась уже три года. Всегда подвижный, свободолюбивый, юморной, он никогда не угадывал моих мыслей, не помнил любимого цвета, дразнил в неподходящий момент и забывал поздравить с днём рождения. Любитель друзей, шумных компаний, всего нового. Казалось, он не осознавал серьезность наших отношений никогда.

- Немного пошумим в ресторане, а потом оттянемся в моем родовом поместье, Клар, разве ты не рада? – теребила мою руку, неприкаянно лежащую на столике, Оксана. - Ну конечно рада! Можно спросить тебя… Ты любишь Олега?

Оксана посмотрела на меня вопросительно, будто мои слова испугали ее.

- Мы очень хорошо ладим, наши родители дружат, помогать будут, чего еще нужно? Это самое главное. Ты же знаешь, как хочется семью. Надеюсь, будем дружить «домами», когда чуть позже и ты выскочишь замуж за Юру.

Она засмеялась так беззаботно, что в моем подсознании что-то скривилось. Я не хочу быть его женой и тем более, «выскочить» означает резкий скачок на определенное время в неопределенное место…

Оксана рыжеволосая девица, с округлыми чертами, веселая, легкая на подъем, всегда умеет постоять за себя, всегда знает, чего хочет. Она ещё в колледже была моей подругой и советчицей. Девушка, которая не боялась высказать свое мнение, и при возможности, навязать свое. Мы обе учились на продавцов, хотя отличались характерами, принципами, взглядами. Мы просто разные, как небо и земля.

Утро пролетело мимолётно, на одном дыхании, замокая от отражения фар в лужах. А мы все еще восседали в кафе. К нам подсел Илья.- Юра, мне кажется, ты достаточно пьян, как ты пойдешь в таком состоянии? - я посмотрела на него глазами полного негодования. Но он лишь сделал жест, что все «окей» и закомандовал Олегу.- Ты понял, что надо делать? Не трусь, все будет хорошо, главное не бояться этих перемен. До свадьбы закатим мальчишник в казино, так? - при этом он сделал уставший жест замутненными глазами и стукнул по столу кулаком.

Двое ребят что-то обсуждали, допивая пиво. Я осушила свой бокал безалкогольного коктейля и чувство «тревоги», снова возвратилось ко мне. Оксана громко что-то обсуждала с Олегом, и это лишь усиливало мое ощущение легкости между ними и возникло желание уйти, чтобы не мешать им готовиться к предстоящему празднику, а моему молодому человеку «догоняться» с утра. А к щеке прилилось желание пуститься в какую-то неизвестную вакханалию, что бы утешить свой пыл и упорное желание разрядить накопившееся терпение. Я заметила, что Юру тошнило. "На работу конечно не пойдет ни сегодня, ни завтра»...

Я отвлекла Олега и спросила, сможет ли Юра идти самостоятельно, на что он посмеялся и дёрнул неуверенно плечами. Все было неясно, сомнительно, а через несколько минут мы вызвали для Юры такси.

Вот и не заметила я, как уже шла по мощеной улочке Минска на работу, рассматривая витрины магазинчиков и кафе, парикмахерских. Тонкое оранжевое платье, выше колена, чуть облегало мое тело, черная сумка-клатч болтается на плече, постукивая по спине в такт шагам. Босоножки на каблуках черного цвета. Цветочный магазин уже ждал меня, и распахнув дверь, на меня сразу повеяло несколькими яркими арматами цветов. Это было самое прекрасное, что придавало жизни окрас и побуждало лететь сюда на смену, ухаживать за растениями, собирать букеты и экспозиции, дарить людям радость, предлагая и удивляя их красотой. Я запустила кассовый аппарат, открыла окно. Посмотрев на ящики с цветами, поступившими вчера, решила заняться сортировкой у огромного стеллажа с вазами. Клиентов еще не было.

В этот момент, все вдруг покачнулось от резкого грохота и мне на голову посыпались обломки стекол, от чего мое тело толчком рвануло в сторону и я начала падать. Плавно и феерично меня осыпали розы, спадающие сверху, словно в замедленном действии. Я лежала на мраморной плитке и не могла пошевелиться. Сквозь пелену, которая застлала мои глаза, я вижу какие-то фигуры людей, размахивающие руками. Их голоса эхом прокатывают в моем сознании, которое постепенно растворяется, и я не понимаю, что происходит, только ощущаю приятное погружение в странное вещество и боль в голове. Но я все еще смотрю на вход в цветочный магазин и замечаю высокую фигуру мужчины в черной маске… Он заходит, смотрит по сторонами, подходит ко мне. На его форме расплывчато, но читаема надпись «Омон»…

Он наклонился ко мне и тихо говорит что-то… - У вас витрину разбили. Вы в порядке?

Опускает свою маску, чтобы не пугать меня, и я вижу его прекрасные синие глаза…

Омоновец

Тусклый свет, сменяется яркими огнями витрин, направленными в лицо. Мы с ребятами прочесываем здания и магазины после вызова нашей бригады для улаживания каких-то беспорядков. Идем разъединенным строем вперёд, после высадки из фургона, но только я приехал на своей ауди, так как опоздал на построение. Все мы были в черных масках «под прикрытием». Сердце под страшным адреналином заставляет двигаться быстрее. Взвинченный увиденной мной картиной разбитых витрин, сбитых мусорных контейнеров, я сдвинул плотно челюсти и прижался к стене. Ребята пошли прямо. Я принял решение свернуть в цветочный магазин. Антон сделал жест, по которому ребята рванули к нему, а я показал ему отставленным пальцем, в черной перчатке влево, что означало «я проверю здесь».

В проверяемом мной помещении было пусто, я решил заглянуть глубже и вдруг заметил девушку, лежащую на полу. Я подошел ближе. Передо мной раскрылась картина: странная и удивительная. Она лежит в оранжевом платье, в ореоле пышных черных волос, вся устланная осколками стекла и красными розами. Я сажусь на корточки, а она что-то шепчет невнятное. Трогаю ее шею, чтобы почувствовать пульс, он стучит в моих пальцах, и я слышу ее мягкий стон. Я доволен. Она медленно открывает глаза и я в ступоре. Они настолько красивые, карие и смотрят на меня так спокойно и умоляюще…

- Вас отвезут в больницу. Все будет хорошо… - говорю я.

Девушка берет меня за руку и бормочет тихо: - Прошу, только не в больницу. Прошу.

В помещение вбегает Антон.- Ого. У тебя тут романтика, Макс? Вызывай скорую и мчимся за ними, они не могли далеко уйти, придется разделиться, ты на «Б», мы на «В». Вперед.

Он исчез через выбитый выход. В эту секунду, откуда-то сверху, падает небольшой, но острый осколок стекла, пробивая мою губу справа, и разбивается об пол возле незнакомки. Я зажмурился от резкой боли и неожиданности. Нужно уходить.

По осколкам на платье девушки и ее состоянию понял, что у нее сотрясение мозга. Быстро принимаю решение. Странное и необдуманное. Почти на гране. Я убираю стекло с ее тела. Поднимаю на руки и притягиваю к себе. Двигаюсь на выход.

Девушка в моих руках. Я держу ее крепко двумя руками и несу в свою тачку. Она почти обвила меня кистями рук и снова посмотрела в глаза умоляющим взглядом. В этот момент тело ее обмякло и глаза опустились. Проходящие люди провожают нас удивленными взглядами. Но сейчас все происходящее перестало существовать и вдруг вспыхнуло каким-то другим, неведомым смыслом. Моя задача сейчас была вытащить ее отсюда и спрятать. Толпа быстро рассеялась и я нашел свою черную машину, и еле открыв ее дверцу, вложил девушку на заднее сидение. Она была красива как раненный ангел и так беспомощна в этот момент. Я вдруг подумал о том, что я должен сделать: вызвать медиков и так далее, и дальше двигаться с Антоном и остальными по следам дебоширов. Но мое тело и сущность противилась, и дико хотелось покончить с этой гонкой и беспределом.

"Я поступаю неправильно», - крутится в моей голове. Но я так хочу спасти ее, унести отсюда, где она была лишней и случайно попавшей под горячую руку хулиганов. И вот я уже выворачиваю авто в обратное городское направление. Улица удалялась быстро, но пробки на каждом отрезке дороги становились почти критичными. Я вдруг осознал, что совершил. Руки управляют рулём в перчатках, каменные ноги от нелепости и переживания, и тело машинально выполняют свои функции по управлению. Девушка застонала и я придавил на педаль...

Минуя волшебным образом этот двор, я зашёл в подъезд и вызвал лифт. Ещё сидя в машине, сообщил по рации что преследую нарушителя и отключил ее. Девушка висела на моем плече словно вьюн. Я держал ее, чтобы не упустить из уставших рук и как только двери лифта распахнулись, мы ввалились в квартиру. Усилием воли я вогрузил ее на постель и осмотрел себя. Взлохмоченная форма, царапины на щеке, лепесток розы, - все это напомнило неудавшегося охотника или рейнджера, - чёртов день, - прорычал я и поплелся в коридор, где все ещё не горел свет. Я омыл свои руки и лицо ледяной водой, причесал черные волосы, на мгновение забыв о произошедшем событии. Вернувшись в комнату, мне пришлось привести незнакомку в порядок. Я осмотрел ее голову, промокнув рану специальным раствором, потрогал ее волосы. Они были тяжёлые, черные и густые, несмотря на все происходящее до этого, они блестели и пахли каким-то цветочным ароматом. Аккуратно омыв ее лицо, я всмотрелся в него... Оно было прекрасно. Закрытые глаза, искаженные болью и покрытые черной бахромой ресниц подергивались. Приятные изгибы бровей огибали глаза, словно на картине. Округлый нежный нос, светлая кожа. И такие чувственные алые губы заставили меня напрячься и прикусить нижнюю свою. Я раздел ее медленно, стараясь излишне не рассматривать приятное тело, поскольку не хотел давать себе повода испытывать интерес, ведь в последнее время я пребывал в голодном от утех с женщинами состоянии, и лишние эмоции сейчас были мне не нужны. Надев на нее свою голубую свободную майку, которая сошла для нее короткой ночнушкой, накрыл сверху одеялом и уложил ее на бок, размышляя о том, чтобы сотрясение мозга, которое она получила, прошло в лёгкой форме, дабы не пришлось вызывать, все же, неотложку. Я сел на рядом стоящее кресло, отпил из графина ледяную воду с лимоном, приложил к своей правой части губ марлевую повязку с раствором. Губа дико болела и уже распухла, напоминая о странном дне и о том, что за короткое время мы вместе пережили некоторое событие и что возможно придется о моем поступке пожалеть потом... Сильный прилив ярости и негодования заставили меня сжать кулаки, но потом расслабить их и зачесать волосы назад. Я протянул руку к лежащей на полу маленькой сумке девчонки. Черный клатч быстро открылся. - Надо же, с паспортом... Малатовская Клара Карловна... - ну ничего себе... и тут в руки мне попал ее телефон. Я включил экран и стал рассматривать его содержимое. Не было сил пролистывать записную и сообщения. Вдруг на мои ноги упала фотография, где незнакомка в коротком синем платье, сверкает радостью и позирует от души. Я отложил ее обратно в сумку и стал рассматривать галерею в мобильном. В мой обзор попало видео: она медленно кружится с охапкой ромашек в руках, на каком-то зелёном лугу. Периодически смотрит в камеру и улыбается так мило, так сладко, что щемит сердце. И вдруг мои чувства оживают, уснувшие когда-то давно... Где то внутри меня рождается нечто неизвестное и возрастает, с каждым движением, с каждым взглядом ее карих глаз. И даже на миг показалось, что это видео я уже когда-то видел, и почувствовал, что я одинок... Она посылает воздушный поцелуй и сдувает его с руки... Как же резко взвыла душа от переполняющего чувства ревности и зависти, ведь это было совершено не для меня. На какой-то момент я отодвинул телефон и устремился в сторону Клары, которая так беззащитно лежала в моем ложе... она пребывала в логове зверя... Я снова и снова пересматривал это видео и не мог никак оставить его в покое, в то время как тело ныло и напоминало об испытанном сегодня шоке...

Мне пришлось собрать всю свою волю в кулак, для того чтобы поспешно принять оживляющий душ, переодеться в черный атласный халат, и просто плюхнулся на пустующую часть кровати, рядом с незнакомкой. Не важно, что это неподобающе, и как минимум, странно. Я отогнал мимолетный бред и погрузился в сон, кратковременный и беспощадный...

Среди ночи я не раз просыпался и вздрагивал от ее тихих стонов, она едва шевелилась под белым одеялом. В этот раз она дрожала... Я положил на ее плечо свою руку, и она вдруг обмякла и съежилась, а потом подползла ко мне ближе. Я прижался к ней всем своим телом и сразу почувствовал как ее дрожь угасла. Мне стало теплее и я положил свою голову на ее разметавшиеся по подушке волосы.

Они

Несколько секунд потребовалось ей, чтобы приоткрыть свои глаза. Она медленно разомкнула ресницы и поняла что он рядом с ней. Так близко, почти сжимает ее своей сильной рукой. Его дыхание успокоило ее. Сил не было совсем, голова болела и кружилась, но желание сходить в туалет победило, и Клара пошевелилась. Он приподнял голову и их глаза встретились.- Все хорошо, ты в безопасности. Я Максим.Девушка закрыла глаза, пытаясь что то сказать, но не смогла. Парень поднялся с постели и помог ей встать. Он дотащил ее до туалета и посадил куда нужно. Через минуту он протянул ей стакан с водой. Она, еле сидя, приоткрыла глаза и посмотрела на него с такой нежностью, что его опалило... Обратно он нес ее на руках. Утро мельтешило за шторами...