Разбитое сердце, предательство и месть на миллиард долларов

После двух лет мучительных процедур ЭКО я наконец-то держала в руках тест с положительным результатом. Я была мозгом нашей многомиллиардной технологической компании, и этот ребенок должен был стать моим главным совместным проектом с мужем, Глебом.

А потом пришло анонимное сообщение. Видео, на котором Глеб целует инстаграм-модель, его рука высоко на ее бедре. Следом второе сообщение: банковская выписка, доказывающая, что он украл миллионы из нашей компании, чтобы платить ей.

Я решила пойти на корпоративный гала-вечер и использовать свою беременность, чтобы спасти нас. Но его любовница, Селина, появилась там раньше, тоже заявив, что беременна.

На глазах у всех моя свекровь обняла ее, назвав истинной матерью будущего наследника. Она надела на Селину фамильное колье, которое запретила мне надевать в день моей собственной свадьбы.

Позже Селина толкнула меня. Я упала, и адская боль пронзила мой живот. Я истекала кровью на полу, теряя нашего выстраданного ребенка. Я умоляла Глеба о помощи.

Он бросил на меня раздраженный взгляд. «Хватит устраивать драму», — сказал он и отвернулся, чтобы утешить свою любовницу.

Но когда мой мир погрузился во тьму, к моему боку подбежал другой мужчина. Мой главный конкурент, Артур Рокоссовский. Именно он подхватил меня на руки и помчался со мной в больницу.

Когда я очнулась, ребенка больше не было, а мой мир лежал в руинах, он все еще был рядом. Он посмотрел на меня и сделал предложение. Союз. Шанс забрать все у людей, которые нас предали, и сжечь их империи дотла.

Глава 1

Положительный тест на беременность лежал на мраморной столешнице нашей ванной, идеальный, невозможный синий крестик. Я коснулась своего плоского живота. После двух лет уколов, визитов к врачу и тихой душевной боли это наконец-то стало реальностью. Крошечная жизнь, тайна, которую я делила лишь с белым фарфором и хромированными светильниками.

Я представляла, как расскажу Глебу. Его лицо, то, как загорятся его глаза. Он был харизматичным лицом «Гелиос-Тех», нашей мечты о «зеленых» технологиях. Я была мозгом, ученым, который воплощал его грандиозные обещания в реальность. Мы были командой — в лаборатории и в жизни. Этот ребенок должен был стать нашим величайшим совместным проектом.

Мой телефон завибрировал на столешнице. Неизвестный номер.

Видеофайл.

Мой палец замер над экраном. Наверное, спам. Но холодное предчувствие поползло вверх по спине. Я нажала «play».

Видео было зернистым, снятым из другого конца ресторана. Там был Глеб, его знакомый профиль был четким даже в тусклом свете. Он смеялся, наклонившись над столом. А потом к нему наклонилась женщина, и их губы встретились.

Это был не дружеский поцелуй. Он был глубоким, голодным. Камера приблизилась. Рука Глеба лежала на ее ноге, высоко на бедре. Мир накренился. У меня перехватило дыхание. Я не знала эту женщину, но она была красива той кричащей красотой, что бывает только в сети. Идеальный макияж, уложенные волосы, платье, которое, казалось, было соткано из денег.

Я узнала кольцо на ее пальце. Кричащее, усыпанное бриллиантами кольцо в виде змеи. Я видела его раньше, в какой-то ленте Инстаграма, которую листал Глеб. Селина Лунова. Модель. Инфлюенсер. Женщина с двумя миллионами подписчиков и пустой, жестокой улыбкой.

Телефон снова завибрировал. На этот раз это была моя лучшая подруга, Майя.

— Кира? Ты в порядке? Собрание совета директоров через час.

Ее голос был спасательным кругом в разразившейся в моей голове внезапной, безмолвной буре.

Я заставила себя говорить, стараясь, чтобы голос звучал нормально.

— В порядке. Просто немного опаздываю. Я буду.

— У тебя странный голос.

— Просто устала, — солгала я, и слово на вкус было как пепел. — Важный день.

Я повесила трубку, прежде чем она успела задать еще вопросы. Мое отражение смотрело на меня из зеркала. Кира Лебедева, блестящий ученый, соучредитель многомиллиардной компании. Женщина, которая управляла геотермальной энергией, но не могла управлять собственной жизнью.

Я сползла по прохладной плитке, ноги подкосились. Тест лежал на полу рядом со мной. Идеальный синий крестик издевался надо мной. Рыдание вырвалось из моей груди, дикое и уродливое.

Вся наша жизнь была ложью. Десять лет. От студенческой любви в тесной комнате общежития, где мы мечтали изменить мир, до этого. Этот пентхаус, эта компания, это… предательство. Мы построили империю из ничего. У нас было все. Прекрасный дом, успешный бизнес, блестящее будущее.

Все, чего я когда-либо хотела, кроме нашей работы, — это ребенок. Семья.

Годы ЭКО были личным адом. Гормональные уколы, от которых я сходила с ума, инвазивные процедуры, сокрушительное разочарование каждый месяц. Глеб держал меня за руку все это время. Он вытирал мои слезы. Он говорил мне: «Мы справимся, Кир. Мы против всего мира».

Был ли он с ней тогда? Он прикасался к ней, целовал ее, пока я дома вкалывала себе очередную дозу надежды?

Радость, испытанная несколько мгновений назад, превратилась в нечто ядовитое. Один-единственный идеальный день, разбитый вдребезги. Я пыталась найти этому оправдание. Ошибка. Один раз. У таких мужчин, как Глеб, сильных и красивых, есть соблазны. Мы могли это исправить. Мы должны были.

Мне нужно было его увидеть. Услышать, как он все отрицает.

Я ждала. Минуты растянулись в час. Огни города за нашими панорамными окнами зажигались один за другим, безразличные.

Наконец щелкнул замок входной двери. Вошел Глеб, ослабляя галстук.

Он выглядел безупречно, как всегда. Костюм сшит на заказ, волосы идеально уложены. Но теперь я это видела. Легкий блеск пота на лбу. Легкий румянец на щеках. Крошечная, почти невидимая царапина на шее, прямо над воротником.

— Привет, — сказал он голосом, гладким, как виски. — Прости, что опоздал. Инвесторы были неумолимы.

Я стояла на своем, скрестив руки на груди.

— Где ты был, Глеб?

Он замер, его улыбка на секунду дрогнула.

— Я же сказал. Встреча с группой «Бейнбридж». Затянулась. — Он подошел ко мне, раскинув руки для объятий.

— Не надо, — сказала я ровным голосом. — Кто такая Селина Лунова?

Он застыл. Харизматичная маска спала, сменившись вспышкой паники. Он попытался скрыть это, попытался отшутиться.

— Кто? Не понимаю, о чем ты.

— Инстаграм-модель, Глеб. Та, что с кольцом-змеей.

Его лицо побледнело. Он провел рукой по своим идеальным волосам, взъерошив их. Он опустился на край нашего сделанного на заказ дивана, изображая измученного человека. Это было хорошее представление.

— Кир, это не то, что ты думаешь.

— Тогда что это? — настаивала я, мой голос дрожал.

Он не смотрел на меня. Он обхватил голову руками.

— Это моя мать, — пробормотал он. — Она давит на меня уже несколько месяцев. Из-за нас. Из-за… ну, ты знаешь.

Он имел в виду ребенка. Наследника. Галина Аркадьевна, его холодная, снобистская мать, никогда меня не любила. Я была из простой рабочей семьи, студентка-стипендиатка. Я была недостаточно хороша для ее драгоценного сына. И моя неспособность родить внука была в ее глазах моим главным провалом.

— Она меня изводит, Кир, — сказал Глеб, его голос был полон фальшивой боли. — Давление огромное. Я просто… мне нужна была отдушина. Это ничего не значило.

Я почти поверила ему. Я хотела поверить. Мое сердце болело по человеку, которым я его считала, человеку, который прогибался под тяжестью ожиданий своей семьи. Наша компания, наша общая мечта, зависела от нас. Скандал уничтожил бы все, что мы построили. Развод стал бы катастрофой.

Поэтому я приняла взвешенное решение. Я буду держать свои карты при себе.

— Хорошо, — сказала я, и слово показалось чужим во рту. — Хорошо, Глеб.

Он поднял голову, его глаза расширились от облегчения. Он бросился ко мне, заключая в объятия. Я застыла в его руках, ледяная статуя.

— У нас благотворительный вечер в эти выходные, — сказал он, его губы коснулись моих волос. — Мы должны пойти. Мы должны выглядеть идеально. Для инвесторов. Для моей матери.

— Хорошо, — прошептала я.

Я сыграю роль идеальной, поддерживающей жены. Я пойду на этот вечер. И там я расскажу ему о ребенке. Перед его матерью. Перед всеми. Наш ребенок. Наше чудо. Это все исправит. Должно исправить.

Я все еще могла это спасти. Мы все еще могли быть семьей.

Пока он обнимал меня, мой телефон, все еще в моей руке, завибрировал еще раз. Я взглянула на экран. Еще одно сообщение от того же неизвестного номера.

На этот раз это было не видео. Это был скриншот банковского перевода. Со счета «Гелиос-Тех», о котором я не знала. Перевод на пятьдесят миллионов рублей.

Селине Луновой.