– Так, я не понимаю, – говорит Лиза, скептически поглядывая на гору одежды у моей кровати. - Тебе понравилась будущая мачеха или нет?

Узнав о званом ужине, на который мы с папой собираемся ехать, подруга прибежала ко мне, чтобы выведать последние подробности. Я в который раз убеждаюсь, что ей нужно учиться на журналиста, а не на дизайнера - там бы ее любопытство оценили по достоинству.

- Да вроде понравилась, но... Я не знаю, как это объяснить. Папа, можно сказать, с рождения воспитывал меня самостоятельно. Конечно, сначала бабушка помогала, но после ее смерти мы были одни. Я настолько привыкла к этому, что наверняка стала считать, будто так и должно оставаться. Перед отъездом на учебу, я  мечтала, чтобы папа кого-то себе нашел. Ну, хотя бы для того, чтобы каждый вечер не возвращаться в пустой дом… Но когда это, наконец, случилось, я оказалась неготовой.

– Ты говоришь, как ребенок. – кривится Лиза. 

Я тоже только что поймала себя на подобной мысли.

– Пожалуй.

– И что ты наденешь на сегодняшний ужин? – подруга меняет тему, за что я ей очень благодарна.

- Ну не знаю, а нужно что-то особенное?

– Конечно! Платье какое-нибудь...

Платья – это явно не мое. Весь мой летний гардероб состоит из шорт и футболок, которые я постоянно покупаю в секон-хенде. Ой, нет, соврала. Теперь в шкафу появилась новенькая униформа уборщицы. О ней, собственно, отдельная история. Сейчас расскажу.

Мне стоило немалых усилий, чтобы договориться о практике в гостиничном комплексе "Жемчужина Азова". Раньше это была база отдыха для работников тракторного завода, но ее перепродали, а новые владельцы превратили в элитное заведение, где теперь могут отдыхать только очень обеспеченные туристы. Европейский сервис и новейшие технологии организации труда – о чем еще может мечтать студент, просто влюбленный в свою будущую профессию? Вот и я думала, что смогу по-взрослому погрузиться в этот мир. Но, как бы не так! Стоило мне переступить порог кабинета управляющего, как меня наградили бейджем с собственным именем, под которым красовалась надпись "клининговый персонал".

- А ты думала, что сразу администратором будешь работать? – спросил управляющий, заметив мой разочарованный взгляд.

- Нет… - соврала я.

- Ну и ладно. Твой график - с восьми утра до двух дня. Убираешь номера эконом-класса. Зарплата минимальная, потому что ты даже официально у нас не оформлена. А через месяц получишь характеристику, или что там тебе нужно, для университета. Договорились?

Не имея другого выхода, я согласилась. Одно хорошо – хоть вторая половина дня у меня должна быть свободной.

Я закрываю и снова открываю дверцу шкафа, будто там магическим образом может появиться какая-то приличная одежда. Папа часто использовал такую ​​манипуляцию с холодильником и божился, что однажды нашел кусок сыра, которого раньше там не было.

- А как насчет этого платья? - Лиза показывает пальцем в дальний угол на верхней полочке и хитро прищуривает глаза.

- Ни за что! Ты знаешь, что я ненавижу его.

– Почему же не выбросишь?

- Потому что оно чертовски дорогое.

Подруга ловко спрыгивает с моей кровати и мгновенно в ее руках оказывается то самое платье.

- Слушай, это всего лишь одежда! И ее нужно носить, а не прятать за горами старья.

На самом деле Лиза прекрасно знает причину моей ненависти к этому платью. В прошлом году я влюбилась в своего одногруппника – Дмитрия. Мне пришлось разработать целую стратегию, чтобы добиться его внимания к себе. Лиза, как более опытная, постоянно давала мне советы и поддерживала на пути к завоеванию его сердца. Ужасно звучит, знаю.

Со временем мы с ним стали тесно общаться. Вместе ходили на пары, возвращались в общежитие, вместе делали проекты по учебе и тому подобное.

И вот приблизился День влюбленных. Утром я получила от Димы сообщение с предложением уехать на концерт городской рок-группы. Мой, витающий в розовых мечтах, мозг расценил это как приглашение на свидание. Я от радости чуть сознание не потеряла.

Мы с Лизой прогуляли занятия, чтобы купить мне то платье. И хотя я понимала, что рок-концерт и вечернее платье – вещи не очень-то совместимые, в нем я чувствовала себя очень красивой. Потратив целый день на преображение, вечером я, полна надежд, прибыла на место встречи.

- Привет! Выглядишь просто потрясно! – с восторгом произнес Дима, встретив меня у входа в концертный зал.

Мое лицо налилось краской, а волнение накрыло с головой. Видимо, поэтому я не сразу заметила возле любимого девушку.

- Спасибо.

– Познакомься, - Дима взял меня за руку и подвел к незнакомке, которая была на голову выше и в сотню раз симпатичнее. – Это моя девушка, ее зовут Маша.

Я замерла на месте. Какая девушка? А я тогда кто?

– Я так много слышала о тебе! – Маша расплылась в улыбке. – Димка говорил, что ты ему, как младшая сестра.

– Ты не против, что мы позвали с собой и моего соседа? – спросил Дмитрий, отступая от меня. – Он тоже свободен и, думаю, понравится тебе.

На том концерте я продержалась всего пару часов, а потом убежала, сославшись на головную боль. Впоследствии я тысячи раз прокручивала эту ситуацию в голове, и с каждым разом все больше разочаровалась в самой себе.

– Слушай, – Лиза вырывает меня из воспоминаний. - Нельзя винить одежду в том, что ты стала королевой френдзоны.

Королевой френдзоны. Просто замечательно.

– Заткнись, хорошо? – я начинаю нервничать.

- Ладно извини, – подруга улыбается и хлопает пушистыми ресницами. Будто это может на меня подействовать. – Фигня происходит со всеми. Надо просто переступить через это, и жить дальше.

Ей легко говорить. Лиза была именно тем типажом красавиц, которые нравятся абсолютно всем особям мужского пола. Высокая, стройная от природы, с длинными белокурыми волосами и шикарным бюстом, которому тайно завидовали окружающие девушки. Она легко находила общий язык с любым человеком, моментально влюбляла в себя и бросала, когда он надоедал.

Что же касается меня, то я – полная ее противоположность. Нет, я не считаю себя стремной, но явно не дотягиваюсь до уровня Лизы. Я обычная: сумасшедшие (в плохом смысле этого слова) русые кудри, большие серые глаза и формы с выпуклостями не в тех местах, где мне хотелось бы. Иногда кажется, что я могла бы походить на Лизу, если бы меня кто-то научил этому. Как ни как, у нее с рождения есть мама, которая вложила в свою дочь душу… Стоп, я прогоняю эти мысли. Я и так росла счастливой. Мне это не нужно, тем более теперь.

Я с шумом выдыхаю воздух.

– Хорошо. Надену его, если…

– …зад влезет? – заканчивает за меня Лиза.

- Если ты от меня отстанешь.

- Договорились! – Лиза тычет мне в руки платье. Она точно чувствует себя победительницей.

Позже, когда подруга наконец-то снова ушла на море, ко мне в комнату постучал папа. Он одет в рубашку, которую раньше носил только по праздникам. По его бледному лицу, я догадываюсь, что он очень переживает.

– Я хотел поговорить с тобой... – он неуверенно переминается с ноги на ногу. – Можно войти?

- Да, конечно! – я как раз закончила колдовать над своими волосами, наконец собрав их в хвост.

– Ты выглядишь очень взрослой, – начинает папа.

– Мне восемнадцать, если ты забыл, - портить момент – это моя фишка. – Ты себя нормально чувствуешь?

-Да-да… Слушай, как бы ты отнеслась к тому... если бы я снова женился?

– Оу. Ну, я была бы рада за тебя.

Что-то меня немного настораживает эта беседа.

- Так ты не против? - папа вытирает  о джинсы потные ладони. - Я и сам не думал, что мои отношения с Еленой зайдут так далеко. Но, понимаешь, с ней я словно снова ожил.

Я чувствую, как на глаза начинают наворачиваться слезы.

– Конечно понимаю, – обнимаю папу, но чуть не задыхаюсь от количества духов, которых он на себя вылил. – Я хочу, чтобы ты был счастлив.

Папа еще минуту молча смотрит на меня. Затем его губы извиваются в подобии улыбки. Он поднимается на ноги, расправляет плечи на снова становится похож на того отца-полицейского, к которому я так привыкла.

- Буду ждать тебя в машине.

Я чувствую, что наша маленькая семья оказалась на пороге больших перемен. Хороших или нет, пока не знаю, посмотрим.

Мы останавливаемся у ворот небольшого дворика. Папа нервно барабанит пальцами по рулю, и от этого его волнение передается мне. А если у меня так и не сложатся нормальные отношения с его будущей женой? Я могу банально не понравиться ей, не буду скрывать – мой характер не каждый выдержит.

- Черт, забыл предупредить, - говорит папа. - У Лены тоже есть ребенок. Сын.

Опа! Какой сюрприз! Я ни разу не общалась с детьми, они настолько странные, что напоминают инопланетян. Никогда не догадаешься, что  могут сбросить в следующую секунду. Недавно в супермаркете ко мне подошла маленькая девочка с ангельским лицом, она улыбнулась, а потом изо всех сил укусила за руку и убежала. Вот как понять детскую логику?

- Что ж, попробую поладить с ним.

Ключевое слово “попробую”, но не гарантирую этого. На самом деле я начинаю злиться на папу. Неужели он был так занят, что не мог хоть словом обмолвиться о своих отношениях с женщиной, на которой собирается жениться. А тем более о том, что у нее есть сын! Видимо, заметив это, папа пытается оправдаться:

– Я знаю, что надо было раньше предупредить. Извини…

– Хорошо, - выдыхаю я, -  но в дальнейшем нам с тобой нужно почаще общаться.

Меня не было дома пять месяцев, а такое впечатление, что я упустила целый эпизод из жизни своей семьи.

- Согласен, - кивает папа и ободряюще улыбается. – Пойдем?

Папа пропускает меня вперед. Мы оказываемся во дворе, подобном тем, которые рисуют в детских книжках со сказками. Вокруг маленького кирпичного дома посажены розы, лилии и петунии. У порога стоят вазоны с немыслимым количеством комнатных растений, а из их тени выглядывают статуэтки фей и садовых гномов. Я смотрю на все это, и меня начинает мучать совесть за свой, недавно умерший в общежитии кактус. В прошлом году его подарила соседка, но бедняга так и не выдержал совместного проживания со мной.

Не успеваю я собраться с мыслями, как дверь открывается и на пороге оказывается Лена. Она одета в свободный сарафан до колен, блестящие волосы собраны на затылке, а глаза обрамляют густые ресницы. Да, она очень симпатичная женщина, не зря понравилась моему отцу.

Она сперва целует в щеку меня, потом папу и приглашает в свое жилище. Я захожу в гостиную... мне буквально перехватывает дыхание. Этот дом – полная противоположность тем условиям, в которых я привыкла жить. Здесь чисто. Просто катастрофически чисто. Неужели этой мадам заниматься больше нечем, кроме как постоянно убирать?

Папа садится в кресло, оглядывается по сторонам.

– Алекс дома? – спрашивает он.

- Да, - кивает Лена. – Он у себя. Алекс! АЛЕКС!

Я слышу шаги и начинаю улыбаться, чтобы выглядеть милой и дружелюбной. Не хотелось, чтобы малыш испугался или невзлюбил меня с первой встречи. К тому же я пообещала приложить максимум усилий, чтобы не испортить этот вечер.

Но тут моя улыбка медленно превращается в гримасу. Жаль, что в этот момент никто не может сфотографировать меня. Честное слово, за такое выражение лица меня б заочно утвердили на главную роль в фильме ужасов. Нам навстречу вышел совсем не малыш, а взрослый парень. Кажется, он даже старше меня. Но как это? Во сколько лет Елена родила его? Я с упреком возвращаюсь к папе, но тот только виновато пожимает плечами.

На вид Алексу лет двадцать. Он одет в серую футболку поло и черные джинсы. Лицом парень очень похож на мать: те же яркие глаза, длинные ресницы и выступающие скулы, но волосы темнее, почти черные, да и кожа более загорелая. Я почему-то начинаю смущаться и чувствую, как мои щеки пылают красным.

- Привет, - он, улыбаясь, пожимает папе руку. Но только я догадываюсь о подлинном содержании этой улыбки. Она такая же фальшивая, как и моя сейчас. Улыбка вынужденной вежливости.

- А это Полина, - обращает на меня внимание Лена. – Я тебе о ней рассказывала.

Ну обо мне хоть вспоминали, и на том спасибо. Алекс – что за дурацкое имя – оборачивается ко мне. Господи, на моих щеках еще осталась кожа или они уже обгорели до костей? Что со мной происходит? Я никогда не отличалась застенчивостью.

- Не так я тебя представлял, - говорит парень.

Не так? Ну извини, что не оправдала твоих надежд. О твоем существовании я вообще не догадывалась!

– Может, пойдем за стол? – приглашает Елена. – У меня все готово.

Ужин и правда шикарен. Стол украшает запеченный до румяной корочки цыпленок, рядом дымится молодой картофель с укропом, а за ним стоят два салата из свежих овощей. Папа садится рядом с Леной и накрывает своей ладонью ее руку. Я краем глаза слежу за реакцией Алекса, но тот всем своим видом показывает, что ему скучно. Наконец он демонстративно отпивает воду из стакана и, подняв одну бровь, спрашивает:

– Почему никто не ест? Скорее начнем – скорее покончим с этим.

Фу, как грубо! Мог бы еще хоть чуть-чуть потерпеть наше присутствие. После его слов Лена становится немного бледной. Наверное, ей стыдно за сына. Она высвобождает свою руку и сцепливает кисти в замок.

– Дорогой, мы не просто так собрались сегодня. Наконец-то вернулась Полина, поэтому мы можем сообщить вам новость.

- Мы решили жениться, - на одном дыхании отжигает папа.

Алекс ставит стакан на стол. Он несколько секунд всматривается в воду, будто пытается в ней что-то разглядеть. Затем поднимает холодный взгляд к матери.

– Зачем? – спрашивает он.

У меня промелькнула та же мысль. Зачем им жениться? Пусть бы встречались, жили вместе… Почему нужно сразу бежать в ЗАГС? Но у меня хватает воспитанности не задавать такие вопросы в голос.

Я отпиваю воды. Глоток выходит слишком громким, поэтому все оборачиваются ко мне. Ну, по крайней мере смогла отвлечь их, а то напряжение в этой комнате достигло апогея.

– Алекс, я люблю твою маму и хочу остаток своей жизни прожить рядом с ней.

Ого! Это мой отец сказал? Не ожидала такого от него, он же у меня отнюдь не романтик. Удивительно, на какие метаморфозы способна любовь.

– И к тому же… – теперь голос Лены звучит совсем тихо. – У нас будет ребенок.

– Что??? – в унисон восклицаем мы с Алексом.

Это самая глупая шутка в моей жизни. Это неправда.

- Я беременна, - повторяет женщина, разбивая мои надежды на то, что мне всего лишь послышалось.

В глазах Алекса загорается огонь, а пальцы непроизвольно сжимаются в кулаки. Он ведь не собирается сразиться с моим папой? Или собирается? Мне становится жутко. Сама не понимая зачем, я тянусь к нему и касаюсь плеча.

- Не трогай меня! - он стряхивает мою руку, как надоедливую муху. – Зачем вам ребенок? Чем вы думали?

– Успокойся, – папа наконец перестал нервничать. Очень вовремя.

Видимо, это еще больше разгневало Алекса. Он срывается с места, мгновенно оказываются напротив отца. Тот отстраняет испуганную Лену и встает напротив него. Целую вечность они смотрят друг другу в глаза. Мне кажется, что в это время Алекс мысленно прокручивает варианты расправы с папой.

- Сынок… - одними губами шепчет Лена.

Парень переводит разгневанный взгляд на нее. В тот же момент в нем что-то обрывается. Он бьет кулаком об стол и выбегает из комнаты.