Любовь на привязи

Примечания автора.

Праздник весны — день рождения.

Вертикуляр — средство передвижения по воздуху.

Вертакс — такси, летающее по воздуху.

Виртуалка — виртуальная газета в интернете.

Альт

     Я сижу на узкой кровати и смотрю на зарешеченное окно. Сегодня моя восемнадцатая весна. По идее, с завтрашнего дня меня официально имеют право выводить к покупателям. Не хочу! Если бы смог перегрызть себе сонную артерию, то сделал бы это. Я не раб! Хотя кому я это докажу? Никому. С самого рождения я никто. Щенок номер ноль двадцать пять. Оборотень-полукровка родившийся от волка и человека с Земли. Хотя я придумал себе имя, только никому не говорю об этом. На самом деле меня зовут Альт. Ни за что не смирюсь с тем именем, которое выберет мне хозяин. А когда меня повезут в его дом, сбегу. Если будет возможность. Ведь нас не посвящают, каким образом идёт передача. У нас высокоразвитая цивилизация. Мы летаем за пределы нашей системы, но до сих пор процветает рабство. В основном, это брошенные в приюте дети-полукровки. Люди с других планет ведут с нами торговые отношения и с удовольствием спят с волками. Но вот если случается внезапная беременность, мать рожает и бросает ребёнка в приюте, не зная, что с ним делать. Отцу такие дети тоже не нужны. Оборотни предпочитают только чистокровных детей. Такие как мы с рождения изгои. Давным-давно правительство решило, что полукровок слишком много. Каждого нужно вырастить, потратив деньги, потом обеспечить жильём и работой. Поэтому чтобы сэкономить, было решено, с детства растить из нас покорных слуг, умеющих делать всё, от готовки вкусного блюда, до первоклассного минета. Единственное, что запрещено до продажи, это лишать нас невинности. То, что мы ещё не потеряли девственность, свидетельствуют вторые ушки как у волка. С первой близостью они исчезают. Это всё, что мне досталось от отца, потому что я не могу оборачиваться в волка. Зато умею многое другое: стирать, убирать, гладить, всячески ублажать своего хозяина. Но у меня несносный характер, из-за которого мне часто доставалось. Ведь я не желал покориться. Думал, меня отпустят на волю как бракованного. Ошибся, не отпустили. Посмотрел на улицу. Ребята гуляют. Я тоже могу спокойно выйти из комнаты. Но дальше забора никуда не уйдёшь. Он высокий, а на вышках стоит охрана, как будто мы находимся в тюрьме. Впрочем, тюрем давно нет, как и преступников, в этих местах теперь заведение для выращивания рабов.

     Решил тоже выйти на улицу. Сидеть в комнате надоело. Глянул перед выходом в зеркало и зарычал от досады. В вырезе футболки, чуть ниже ключицы, виднеется татуировка «025». Ненавижу, суки! Как же я их всех ненавижу! И в первую очередь мать, которая не пожалела и бросила!

     Путь на улицу пролегает коридором, мимо дверей администрации. У директора приоткрыта дверь. Я с детства любопытный, поэтому встал у двери, вжавшись в стену, и прислушался.

— Что будем делать с ноль двадцать пятым, Вайс? — говорит Дин, наш директор.

— Господин директор, ноль двадцать пять бракованный волчонок. Не в меру любопытный, агрессивный. Нам так и не удалось воспитать из него послушного слугу. Он знает и умеет всё, как и положено, но упрямиться. Вчера укусил за руку учителя Таласа, когда тот пытался погладить его по щеке. Если мы продадим его, то придётся забирать назад через какое-то время. А хозяин ещё и компенсацию затребует за моральный или, не дай Луна, материальный ущерб, — отвечает Вайс.

     Сволочь этот Вайс. Он наш главный воспитатель. Вечно юлит и выгораживает всех перед директором. Талас меня не по щеке погладил, а по заднице. Ещё и сказал вслух: «Какая у тебя сладкая попка, ноль двадцать пятый». Придурок!

— Я знаю, о проблемах этого щенка. Даже давал указание, чтобы к нему применили меры пожёстче. Мальчишке, несколько раз окрасили ягодицы в розовый цвет. Но даже ремень не укротил его. Думаю, не стоит рисковать и выставлять его на осмотр. Через несколько дней договорюсь с братом. Он заберёт его в свой бордель. Туда всех бракованных свозят. Там его точно научат манерам. После десяти-пятнадцати клиентов в день, станет как шёлковый.

— Хорошо. Я предупрежу, чтобы к клиентам его не выводили. Сегодня приедет пять покупателей. Три женщины и двое мужчин.

     Я на цыпочках прошёл мимо двери, а потом побежал. Бордель?! Меня отдадут в бордель! Что может быть хуже этого?! Как же отсюда сбежать! Я  под видом прогулки уже облазил весь периметр. В заборе даже малейшей щёлки нет. А на воротах и калитке всегда охрана. Туда ещё дойти нужно. Мы гуляем только на заднем дворе, который отгорожен от того места, куда подлетают вертекуляры. Ворота и передний двор, я видел только в окно учебного класса.

     Остановился у раскидистого парикиса. Положил руку на шершавый ствол, тяжело дыша. У каждого оборотня есть своё тотемное дерево. Если бы я был настоящим оборотнем, то это был бы именно парикис. У него разноцветные листья округлой формы. Сверху красные, а снизу жёлтые. Тух-тух-тух, слышу, как колотится сердце в груди. Что же теперь делать? Бежать и умолять оставить меня здесь? Говорить какой я стану послушный, лишь бы в бордель не отдавали? Нет, унижаться я ни за что не буду. Не дождутся, суки! Лучше дождусь, когда меня повезут в место для утех и сброшусь с вертикуляра.

     Присел на лавочку. Со мной не особенно общались такие же как я. Многие считали меня сумасшедшим. Говорили, что я должен смириться со своей участью. Жизнь раба не так и плоха, особенно если тебя выкупит семья. Тогда ты будешь простым слугой и ничего больше. Зато будет, кров, еда и одежда.

     За грустными размышлениями, даже не заметил, как нас стали загонять в комнаты.

— Семнадцать часов, заходите в здание. В восемнадцать прилетят покупатели. Всем кто уже выходит на осмотр, принять душ и одеть чистое, — крикнул воспитатель в систему громкой связи.

     Ну, я мылся утром. К тому же выход к гостям мне не грозит. Поэтому я лёг на кровать и отвернулся к окну. Через пару минут пришёл из душа мой сосед ноль двадцать четвёртый.

— Послушай, сосед. Я ещё не поздравил тебя с восемнадцатой весной, — весело сказал он.

— И не нужно. Ненавижу праздник весны. С каждым праздником становишься на год старше, и наконец, приходишь к тому, что тебя кому-то отдадут, — сказал я, повернувшись к нему.

— А мне, если честно, осточертело тут. Мечтаю, чтобы сегодня выбрали меня, — беспечно улыбнулся он.

     Дурак, а вдруг достанется одинокий похотливый альфа. Я знаю, есть альфы, которые не прочь и с парнем переспать. Между прочим, это не возбраняется. Не зря же учили делать минет не только девушек, но и нас, парней.

     Мой сосед оделся, причесал свою шевелюру и упорхнул. Что ж, если он так мечтает, то пусть ему повезёт. Перевернулся на спину и уставился в потолок. Снова начали одолевать плохие мысли. Но вдруг в комнату забежал воспитатель из новеньких.

— Ноль двадцать пятый, вставай. Пойдёшь в комнату для гостей. Одному клиенту никто не понравился. Он попросил привести всех, кому сегодня исполнилась восемнадцатая весна.

     Чего, меня выставят на продажу?! Неужели противный Вайс не успел предупредить обо мне. Ну, может это и к лучшему. Встал и покорно пошёл за воспитателем. В коридоре ожидали несколько парней и девушек.

— Ты бы хоть шевелюру пригладил, ноль двадцать пятый. Выглядишь неопрятно.

— Что хочу, то и делаю. А будешь доставать, у меня зубы острые. Понял? — недовольно рыкнул я.

— Понял, мне всё равно. Ты же потом от Вайса огребёшь, а не я.

Элемир

     В моём доме непривычно шумно. Родители прилетели, чтобы в очередной раз поговорить со мной. Бесполезно это всё. Даже слушать ничего не хочу, но придётся. Проводил их в гостиную и усадил за чашечку чая. Отец, как всегда, развалился в массивном кресле, моём любимом, между прочим. Мы с мамой выбрали диван напротив.

— Элемир, я прошу тебя, помирись с Райнет. Как ты будешь воспитывать Ерана один. Ты же знаешь, при разрыве ребёнка отдадут тебе, потому что он мальчик, — говорит папа.

— Ты понимаешь, что ты говоришь, папа?! Сам бы простил измену маме?! Она спала с моим лучшим другом! Хотя какой он друг теперь, знать не хочу, ни ее, ни его! Ах, да, я забыл, Ерана тоже! Я сделал тест на отцовство! Его отец не я! Михай тоже сделал тест! Мимо, папа! Мы её прижали, она и сама не знает, от кого родила, шлюха поганая! Но одно врачи сказали точно. Еран чистокровный волк, — гневно произнёс я.

— Что, Еран не наш внук?! — взвизгнула мама.

— Вот именно, поэтому я и не хочу больше мириться с этой шалавой в моём доме. Пусть ещё скажет спасибо, что я её на улицу не выгнал. После развода они с Ераном получат квартиру в городе, где мы жили. Я останусь жить на острове.

— Хорошо. А слуги? Кто будет летать сюда? Заказывать постоянно вертакс — дорого. Это ты можешь себе позволить вертикуляр, но не все рабочие его имеют. И потом, с чего ты решил заделаться отшельником и уединиться на острове?

— Имею право побыть один. Мне в компании хватает общения, и постоянного мельтешения служащих перед глазами, — буркнул я, отпивая чай из кружки.

— Ну, конечно, все сотрудники ходят исключительно через твой директорский кабинет, — улыбнулась мама.

— Я знаю, почему ты уходишь ото всех. Недавно в виртуалке опубликовали статью о твоём предполагаемом разводе. Где-то раскопали об изменах жены. Этим писакам никого не жалко. Но как ты будешь тут один? Тебе только тридцать два года, можно подобрать невесту, — нахмурился папа.

— О, вот подбирать я точно никого не буду. Сегодня полечу в питомник, куплю себе рабыню, а может раба. Ещё не решил. Уже договорился, меня ждут к шести часам вечера.

— Тогда не будем задерживать. Собирайся, а мы пойдём. Не провожай, — махнул рукой папа и встал.

     Мама поднялась за ним, а потом они ушли.

     Я задумался, надевая тёмно-синюю рубашку и такого же цвета костюм с отливом. После того, как узнал о том, что жена изменяла мне и не с одним, я впал в ярость. Райнет работает главным диспетчером на космодроме. Она умудрялась даже с мужчинами других планет трахаться. Вряд ли я в ближайшее время смогу терпеть рядом с собой бабу. Наверное, придётся брать в слуги паренька. В конечном итоге, от него ничего особенного не требуется, кроме умения жарить отбивную и гладить одежду. С такими мыслями отправился на улицу, а после сел в вертикуляр стоящий у дома.

     Через некоторое время приземлился на стоянке питомника. Ко мне подошёл охранник. Удостоверившись, что я записался на покупку щенка, проводил меня в комнату для гостей. Там встретил тучный оборотень с маленькими хитрыми пуговками глаз. На вид ему было около пятидесяти лет. Он был одет в белую рубашку и костюм бордового цвета, который делал его ещё полнее. Интересно, он ещё может оборачиваться с таким количеством жира.

— Добро пожаловать. Меня зовут Вайс. А вы господин Элемир Бодан? — расплылся в слащавой улыбке мужчина.

— Доброе утро. Совершенно верно, я Элемир Бодан.

— Прошу, присаживайтесь, — Вайс указал в кресло, — Вы прибыли последним, поэтому ваше право выбирать соответственно появлению здесь.

     Кивнул присутствующим тут трём женщинам и мужчине. Мне ответили таким же вежливым кивком. Щенков ещё не привели, и я решил осмотреться. Помещение довольно большое, но мебели минимум. Токо удобные кресла полукругом, выставленные в три ряда. Перед каждым креслом маленький столик. На столах присутствующих  стоял стакан с соком. Пить не стал, хотя заметил, что другие не преминули воспользоваться предложением.

     Наконец-то, вышли строем волчата. На всех одинаковая серая роба, брюки и рубаха без пуговиц. По всей видимости, одежда пошита из самого дешёвого синтетического материала. Ещё бы, будут они тут на полукровок тратиться.

     Ребята выстроились перед нами в ряд. Я насчитал двенадцать девочек и восемь мальчиков. Все смотрели на нас испуганно, будто мы монстры. Потом опустили головы. Только у одного паренька во взгляде примешивалась искорка надежды, что его сегодня заберут. Увидел, как встала красивая светловолосая дама, что сидела первая в ряду. Она обошла строй. Посмотрела у всех ладони, подёргала волосы. Потом заглянула в рот, осматривая зубы. Фу, почему-то меня покоробило такое поведение. Женщина проходила мимо парней, осматривая только девушек. Наконец она ткнула своим пальцем в грудь  девушки со светло-коричневыми волосами и хорошей фигурой.

— Покупаю эту, — заявила она.

— Прекрасный выбор. Девушка ноль девятнадцать, перешагнула свою восемнадцатую весну три месяца назад. Прекрасно всему обучена. Прошу вас пройти за одним из воспитателей, для совершения сделки.

     Следующим встал мужчина. Прошёлся мимо строя, заложив руки за спину. Потом вернулся в начало цепочки и указал на одну из девушек. Их тоже увели, а я стал наблюдать за следующей покупательницей. Она, видимо, уже решила, кто ей подходит. Забрала самую испуганную девушку. А вот последняя дама прошлась исключительно по мальчикам. Трогала мышцы, мяла в районе паха. Даме на вид около сорока, но  очень даже симпатичная. Пышная грудь, тонкая талия, кукольное личико. Ищет себе слугу, а заодно и молодого любовника. В конечном итоге она забрала того, кто с надеждой вглядывался в нас.

— Отличный выбор. Ноль двадцать четыре очень послушный и исполнительный мальчик. Он не доставит вам хлопот, — расплылся в улыбке толстяк.

     Потом Вайс повернулся ко мне.

— Ваш выбор, господин Бодан.

     Я уже видел, что никто мне не понравился. Особенно девицы. Но всё же, прошёлся мимо строя. Нет, всё не то.

— Мне никто не приглянулся. Это все щенки? — спросил ледяным тоном.

— По сути, есть ещё несколько штук. Сегодня у них праздник восемнадцатой весны. По регламенту мы можем выставить их завтра, — пожал плечами толстяк.

— Это регламент вашего заведения. А закон государства гласит. Я могу забрать любого  совершеннолетнего щенка. А они уже с утра совершеннолетние. Один день роли не играет. К тому же мне некогда к вам ездить.

— Понял вас, господин. Сию минуту, я только распоряжусь.

     Вайс подошёл к какому-то молодому мужчине, и тот увел строй щенков. Я остался ждать стоя рядом с Вайсом. Через несколько минут в комнату вошли пятеро. Две девушки и три парня. Толстяк округлил испуганно глаза и шикнул на подчинённого.

— Ты зачем ноль двадцать пятого привёл? Я же предупредил всех.

— Простите, забыл. Сейчас уведу.

     Они разговаривали шёпотом, но я всё слышал.

— Что не так с ноль двадцать пятым? Не подходит по возрасту?

— Подходит, просто…

— Тогда пусть остаётся, — перебил Вайса строгим тоном.

     Тот шумно сглотнул и кивнул. Прошёл мимо щенков. Все стояли на дрожащих ногах и, как и положено, смотрели в пол. Только один гордо вскинул голову.

— Ноль двадцать пятый! Опусти голову, придурок! — дёрнул парня за рукав молодой воспитатель.

     Интересный щенок. Не подчинился, только злобно рыкнул в ответ. Я подошёл к нему. Да, он действительно необычный экземпляр. Полукровки не бывают выше одного метра шестидесяти сантиметров. А этот всего лишь на пару сантиметров ниже меня, при моём росте в метр восемьдесят три. К тому же у него рыжие волосы, что довольно редко для нас. Видимо достались от матери. Пронзительные голубые глаза смотрели на меня со смесью страха и вызова. А с ним будет не скучно.

— Я покупаю ноль двадцать пятого, — говорю уверенно.

— Простите, но должен предупредить. Ноль двадцать пять бракованный щенок. Да, он умеет всё что необходимо. Но он весьма непослушен и строптив. Мы хотели отдать его в дом утех, чтобы покупатель не предъявил претензии потом.

     Увидел, как парень слегка вздрогнул при слове «дом утех», а волчьи ушки затрепетали.

— Не волнуйтесь. Даю гарантию, что не собираюсь возвращать его. Никаких претензий не будет.

— Верю вам на слово, господин. Проходите в комнату для оплаты, вас проводят. Простите, спешу откланяться, — толстяк поклонился и увел дрожащих щенков за собой.

     Рыжий парень стоял как вкопанный, с расширившимися зрачками. Всё же испугался, хотя головы не опустил.

— Чего встал, вперёд. Тебя купили, сейчас отправишься в свой новый дом, — зарычал воспитатель, толкая его в спину.

— Идём, мальчик, — улыбнулся я, протягивая руку.

     Парень не принял моей руки. Он заложил руки за спину и гордой походкой пошёл вперёд. Да, определённо, скучно с ним не будет.