Детективные хроники. Красивее жизни

Я закончил примерно в шесть тридцать утра. Это как раз то время, когда я обычно просыпаюсь. Быть жаворонком – это удобно: проснувшись рано, успеваешь сделать множество дел «на свежую голову» до полудня. Таким образом, вторая половина дня остаётся более разгруженной и свободной. Я никогда не понимал людей, живущих по образу сов: ложащихся спать в три ночи и просыпающихся в три дня, вечно ничего не успевающих. Я полагаю, что большинство сов – это лентяи. Но этой ночью я отнюдь не спал.

В этот раз я был вынужден противоречить самому себе. Я создавал шедевр! Шедевр из плоти и крови, красивый и мертвый – в этом-то и суть. Было первое августа две тысячи первого года, когда я закончил работу. Первые лучи восходящего солнца уже пробивались между шторами, падая на пол. Были видны частички пыли, парящие в лучах мягкого утреннего света.

Я очень устал, но все ещё был сосредоточен на деталях – ввиду чего мог замечать красоту даже в такой мелочи, как пыль. Я сидел на стуле, скрестив руки, и любовался своим шедевром… Она же сидела на кровати: красивая, добрая, довольная, счастливая и неподвижная.

Следствие. Часть 1

1 августа. 19:36. Центральный район. Улица Роз

После многочисленных звонков в дверь, мы с нарядом ворвались в квартиру. Конечно, это могла бы быть шутка – лучше бы так и было. Уже не первый раз мне достаются подобные дела. Сначала я не понимал, почему их поручают именно мне. Но время всё ставит на свои места. Мне это интересно: я люблю копаться в сознании умалишённых людей, одержимых своими безумными идеями.

В 19:05 в центральное отделение милиции поступил звонок:

– Центральное отделение милиции. Добрый вечер.

– Улица Роз, дом тридцать шесть, пятый этаж, квартира девятнадцать. Высылайте наряд. Или умрёт кто-нибудь ещё. Я создал произведение искусства. Там будет на что посмотреть.

После этого звонивший положил трубку. Вызов был записан. На следующий день удалось выяснить, что звонок был осуществлён с уличного таксофона, находящегося через два дома от места преступления. Сомнений не было, что звонил преступник.

19:15

– Андрей Сергеевич, зайдите, пожалуйста, к нам.

Ну вот, неужели что-то нарисовалось! Меньше часа до конца смены. Вообще-то я работаю по пятидневке, но сегодня один из моих коллег попросил его подменить – пришлось остаться до восьми. И тут выясняется, что мне не дадут спокойно досидеть свои сорок пять минут. Впрочем, возможно, есть новости о плановом повышении – тогда это хорошо.

Однако, вместо новостей о повышении мне включили запись этого коротенького диалога. Вообще-то следователь не должен выезжать на место по первому звонку сразу с нарядом. Но улица Роз находится в десяти минутах ходьбы от моего дома. Я и подумал, что этот звонок – очередная шутка какого-нибудь идиота. И с мыслями о доме согласился выехать по адресу. Ко всему прочему, мне в помощники назначили начинающего следователя, которого тоже отправили со мной.

Учитель из меня плохой, а напарник и подавно. Я люблю работать один: так проще сосредоточиться, когда никто не мешает и не отвлекает. Но начальство у нас суровое – ему не возразишь. С мыслями, что это всё же шутка, и я скоро буду дома, я сел в машину.

– Привет, Вов, – я поздоровался с водителем, пожав ему руку.

– Здорово! Что, не дают вечером спокойно посидеть?

– Да вот, нужно съездить по одному адресу. Ещё и наряд послали. Заводи, поехали за ними.

– Наряд? Что-то серьёзное?

– Нет, не думаю. Скорее всего, шутник. Начальство наводит панику раньше времени.

Миша открыл дверь служебной машины и сел назад.

– Ну наконец-то! Ты что так долго?

– Извиняюсь, в туалет ходил.

– «В туалет он ходил»… Ладно, поехали быстрее! Я уже домой хочу.

Авария. Часть 1

2000 год. 16 мая. Центральный городской театр

– Я сожалею, но ваш сценарий слишком слабый. Его нужно в корне менять. А ещё лучше – попробуйте себя в другой сфере. Это никуда не годится.

18 мая. Центральный дом культуры

– Вы поймите, мы работаем только с теми людьми, у которых есть образование в театральной творческой сфере.

25 мая. Летний театр искусств

– Ваше стремление и упорство определённо заслуживает похвалы. Но поймите нас правильно: мы с любителями не работаем – к нам нельзя просто вот так прийти с улицы. Если хотите, поступайте к нам на обучение. Тогда через пару лет мы начнём пробовать реализовывать постановки по вашим сценариям. А пока они слишком уж сырые… Вот когда попрактикуетесь, наберётесь опыта, будет другое дело. Стоимость обучения у нас не такая уж и высокая, а опыт гарантирован.

– Я вас понимаю, но и вы меня поймите! У меня не так много свободного времени, а идей – хоть отбавляй. Я постоянно на работе. И мне приходится то спасать, то забирать жизни. Благодаря театру я бы смог хоть как-то освободиться от всего этого груза.

– Ну а зачем тогда вы выбрали такую работу?

– Иногда, выбирая одно, мы думаем, что всё будет совсем иначе, нежели на самом деле получается… Так что вы скажете?

– Сожалею, но нет. Мы не можем работать с человеком без опыта и без образования в данной сфере.

– В таком случае у меня будет СВОЙ театр: со своими актёрами, поэтами и музыкантами.

– Желаю вам удачи, молодой человек, в этом нелёгком деле.

***

На протяжении полугода я пробовал устроиться на подработку в какой-нибудь из местных театров. Я даже был готов заниматься этим бесплатно, по крайней мере, первое время. Театр необходим был мне для разрядки: я стремился отвлечься от моей повседневной работы.

Плюс ко всему, в моей голове крутилось множество сюжетов, сотни интересных идей. Но опыта мне действительно не хватало. Нужно было с чего-то начинать. Что делать, когда всем нужны люди с опытом и с образованием в театрально-режиссёрской сфере?

Не знаю, почему я выбрал другую профессию. Иногда, лишь спустя годы, мы действительно понимаем, чем должны заниматься на самом деле. Я просто захотел сменить свою прежнюю сферу деятельности не сразу, а постепенно. Меня удручало положение вещей: на моей работе мне приходилось больше убивать, чем спасать.

Мне хотелось попробовать себя в другой области, заняться любимым делом. Я чувствовал, что смогу найти себя и своё призвание в воплощении моих историй, которые перенесу на театральную сцену. И пусть поначалу она была бы любительской – это уже маленькая победа для меня!

Однако, всё тщетно! Вплоть до конца лета я ходил по всем местным театрам и творческим домам, и везде мне отказывали, потому что требовались люди с опытом или образованием. Лучшее, что мне могли предложить – это поступить на обучение. Естественно, что в большинстве случаев – на платной основе. Но на это у меня не было ни времени, ни сил, ни денег, ни желания.