365 Дней

– Сара, дорогая, кофе готов!

– Иду, мам! – бодро отвечаю я.

Вчера я удачно сдала экзамены, получив диплом врача, и моей радости нет предела. Благодаря поддержке любимых родителей я достигла своей цели. Моя мама лучится счастьем. Она, конечно, женщина со старыми взглядами, но воспитание, которое она мне дала – лучшее. Несмотря на то, что на дворе двадцать первый век, я не веду «бурную« жизнь, но и не жалуюсь на нее, ведь родители сделали все, чтобы дать мне хорошее образование. Мой отец – простой инженер, работающий в одной строительной компании Москвы. Квартира ему досталась от его отца. Хотя мы неживем на широкую ногу, но и не голодаем, и, как говорит отец, «лучше иметь плохое, но свое, чем чужое хорошее».

– Мы договорились с Ильей, свадьба состоится через три месяца, – уверенно произнес отец, когда мы с мамой уселись за стол.

Я никогда не спорила с отцом. Его решение закон для нас, и когда он выбрал мне жениха, я тоже промолчала. По профессии Илья хирург. Его отец уже много лет дружит с моим отцом. Моя семья считает, что он будет мне хорошим мужем, а я как примерная дочь поддерживаю их решение. Илья хотя и симпатичный, но я не влюблена в него. Мне нравились его скромность и воспитанность. Он не пил, не курил, уважал женщин и вел себя со мной как джентльмен, поэтому претензий к нему у меня нет.

– Хорошо, папа. Пусть будет так, как ты хочешь! – решительно ответила я и в ответ получила нежный поцелуй от мамы.

Вечером мне позвонила подруга и предложила поехать в летний круиз. Сначала мне показалось это бредом, так как я знала, что отец не позволит, но потом подумала: когда же мне еще выпадет такой прекрасный шанс, ведь, выйдя замуж, я войду в роль жены. Семейные дела и работа не позволят насладиться морем и свободой. К тому же это круиз по Таиланду!

Я не смогла удержаться и бросилась к маме. После долгих уговоров мама согласилась, теперь оставалось убедить отца.

Мама сказала, что сама поговорит с папой и постарается убедить его подарить мне несколько месяцев свободы.

***

– Повтори, сука! Что ты рявкнула, падла? – холодно прорычал Волк.

На самом деле его звали Данила, а Волк —его прозвище, так как его фамилия Волков, но, видно, Дани целиком оправдывал своё прозвище, судя по его диким манерам.

– Кого ты хочешь надуть, шалава? Его дыхание обжигало холодом. От грозного выражения его лица девушке стало не по себе.

– Я не вру. Я беременна, Дани! – уверенно проговорила она, держа в руках лист бумаги – скорее, медицинскую справку, подтверждающую ее беременность.

– Вот тебе доказательство! – Она сунула справку Волкову под нос.

– Я сейчас этот клочок бумаги тебе в задницу запихаю и сразу близнецов родишь, сука! – взбесился Дани, оттолкнув девушку.

Она плакала, обзывая Волкова чудовищем и бессердечным монстром. Отшвырнув красотку, он позвал верного пса Гену и недовольно спросил: – Зачем ты впустил эту шалаву? Ты же знаешь, что я жду Анюту. А что, если бы эта глупая сука увидела ее здесь?

Дани налил себе стакан крепкого виски и залпом осушил его.

«В жизни не подумал бы, что когда-нибудь женюсь, да еще и на самой тупой сучке! Из-за наследства старшего Волкова я дал согласие на брак с Анютой, лучшей куклой модельного бизнеса Москвы. Перед смертью старик указал в завещании, что если я не женюсь, то и доллара не получу от его состояния, и все перейдет к его племяннику Антону, который, похоже, сильно меня ненавидит. Он до последнего лизал зад старику, в надежде сорвать большой куш. Даже умирая, этот чувак сделал мне пакость.

– Сукин сын! – с «нежностью» отзывался Дани об отце.

– А что, если она и вправду беременна от вас? –процедил сквозь зубы Гена.

Бросив на него свирепый взгляд, Дани ответил: – сли бы я ёкал королеву Англии... Если бы! – И заорал на Гену: – О чем ты говоришь Гена? Эта шалава с половиной Москвы перепихнулась, а своего выродка пихает мне!

– Но она говорит, что любит вас, и утверждает, что не спит ни с кем, кроме вас, – возразил Гена.

Волк удивленно посмотрел на него.

– Меня даже собственный старик не любил, так за какие кубки и медали эта шалава полюбила?

Ему было смешно от банальных историй хищных женщин, гоняющимися за богатым приданым. Дани вообще ненавидел женщин, но алчных баб презирал сильнее. Поэтому смотрел на всех женщин, как на вещь, обретенную им. Простая покупка. Повеселился, использовал и выкинул. Вот такое отношение к женщинам было у Волка, и жениться он на этой, как он говорил, «тупой» Анюте только ради наследства. Как только получит его, Анюта полетит к чертям со своим штампом в паспорте, а он заживет прежней «бродячей» жизнью.

В свои тридцать лет Волк чего только не видел! Он объездил весь мир. Его отец был очень богатым бизнесменом, имевшим несколько крупных холдингов в Москве и за ее пределами. Его компании сотрудничают с европейским компаниями. Деньги льются рекой. Гулянка, бары и разгульная жизнь. Все лучшее для него, для единственного самовлюбленного сына-циника.

– Господин, вам пришло приглашение. Вы видели его? – поинтересовался Гена, желая сменить тему разговора.

– Что за хреново приглашение?! Сразу говорю: в этот гей-клуб, я больше не поеду!

Он имел в виду авторский вечер известных писателей, которые часто посещал покойный отец, но сам Волков невзлюбил эти мероприятия и, назвав писателей пидорами, со скандалом покинул зал.

Когда он вскрыл конверт, его лицо просияло. Это было приглашение в Тайланд на международный конкурс боевых искусств. Бокс. Бои без правил. Он с детства тренировался и не раз завоёвывал в боях кубки и медали. Это его единственное хобби, поэтому он с удовольствием примет приглашение и направится в Тайланд.

– Но как же госпожа Аня?! – с негодованием произнес Гена.

– А моя Анюта осталась на «шише», Гена. Как говорится, на чужом хуе в рай не поедешь! – с сарказмом произнес Дани.

– Вообще-то это говорится по-другому, – растерянно возразил Гена, но потом передумал говорить, так как знал, что Его Величество Дани скажет по-своему.

***

- Волк у себя, Гена? – решительно спросил Антон, желая видеть кузена. Он принес документы на которых нужна подпись Дани.

– Да, но он занят и просил никого не впускать.

Антон знал, что Дани избегает его, поэтому вошел, не ожидая ответа Гены.

– Что за варварские манеры, Антон? – недовольно спросил Волк.

– Я тоже рад тебя видеть кузен. – Нахальный ответ Антона ещё больше взбесил Дани.

– Быстро говори, что хочешь, и катись к чертям!

– После похорон ты ни разу не был на кладбище у отца. Может, все-таки соизволишь?

– Послушай, Антошка: с меня хватает того, что ты ходишь к нему три раза в день. Старик помер, а ты никак не разучишься лизать ему зад! – с ухмылкой проговорил Дани.

– Не могу понять, в кого ты такой бесчувственный? Вроде бы, Виктор Петрович тебя хорошо воспитал, – с сожалением произнес Антон.

– Послушай, чебурашка, вали отсюда, пока я не разукрасил тебе морду! А еще прекрати посылать пригласительные на вечера с пидорами! Я все равно туда не пойду, – цинично заявил Дани, бросив в него нераспечатанный конверт.

– Пригласительные посылают в память твоему отцу, так как в отличие от тебя он был творческим человеком, с чистой душой и добрым сердцем,– ответил решительно Антон, подобрав конверт.

– Да, Виктор Петрович – наша святость! – насмешливо произнес Дани, положив ноги на стол.

Дани никогда не называл старшего Волкова отцом. Тот так и умер, не услышав из уст сына это слово. Его наглые поступки иногда выходили за все рамки приличия. Невыносимо высокомерный и полный цинизма хам.

– В таком случае, я передам, чтобы вас больше не тревожили, как вы говорите, эти мерзкие дауны с книгами в руках,– с сарказмом проговорил Антон, подобрав конверт с пола.

Он явно издевался над Дани, и чаша терпения последнего переполнилась. Чувствовалось, что скоро взорвется, как вулкан.

– Завтра я уезжаю в Таиланд, а когда оттуда вернусь, то женюсь на тупой Анюте, а это значит конец твоим мечтам, Антоха! – проговорил он с иронией. – Получается, зря ты столько лет подтирал зад моему старику. Ай-ай-ай! Так обидно!

Антон, не сказав больше ни слова, бросил на стол документы, которые Дани должен подписать, и ушел.

***

- Мама, ты — настоящая волшебница! Как тебе удалось переубедить отца? Мне не верится, что я еду в Таиланд! Господи, это, наверное, сон!

– Я дала слово, что моя дочь вернется домой в целости и сохранности. Не позволь мне краснеть перед отцом, дорогая.

Я сказала маме, что где бы я ни была, всегда буду достойно вести себя, как и полагается дочери Кабермана.

– Вообще-то Илья был против, но отец убедил его. Смотри, не снимай кольцо с пальца!

Я посмотрела на обручальное кольцо, которое Илья надел мне на палец, и вспомнила о своем долге перед ним.

– Никогда! Обещаю, мам. Глядя я на него, я буду вспоминать, что меня дома ждет любящий жених.

***

– Послушай, силиконовая фифа: будешь возникать – не женюсь на тебе! – нагло шантажировал я молоденькую блондиночку, сидя в кресле и кайфуя после того, как поимел её прямо на столе.

– Но почему ты не берешь меня с собой? – настырно спрашивала Аня.

– Нахер ты мне там сдалась?! – резко ответил я, смотря на Аню, которая уже достала меня своей болтовней.

Иногда мне кажется, что все женщины, с которыми я имел дело, кроме того как раздвигать передо мной ноги, ничего другого и не умели. Но сейчас, глядя на Анюту, даже трахать ее не хотелось: приелась, сучка! С виду, вроде, нормальная баба, но как только откроет рот – пиздец! Вся охота пропадает.

– Вроде бы, мы с тобой все обсудили. Ты Анюта спокойно сидишь и дожидаешься меня всего лишь один месяц, затем получаешь штамп в паспорте, становясь моей женой, или катишься к чертям!

Аня согласилась ждать. Будто у нее был другой выход! Она была вынуждена терпеть жестокого хама из-за того, что финансово и морально зависела от него.

– Всегда знал, что иногда ты думаешь головой, а не одним местом. Хотя и иногда...

Моя ирония и сарказм соревнуются друг с другом. Я ведь ас в унижении людей. Больше всего я любил унижать человека, ломая ему гордость и честь.

– И чтобы ни с кем не трахалась, падла, или хрен я женюсь на тебе! Гена будет следить за твоей жопой: вдруг она захочет приключений!

Гене будто делать нечего, кроме того как за жопой Ани следить. Но, что поделать таковы приказы начальника, а приказы не обсуждаются.